Новости и комментарии журнала "ЭКС"

О СТАРОМ И НОВОМ В НАШЕМ СКАЛОЛАЗАНИИ. ТАК ЛИ УЖ ВСЁ ПЕЧАЛЬНО?

От редакции:

Не успели мы полностью распространить новый номер «ЭКС»а, а уже пошли отклики читателей. Президент Федерации скалолазания Санкт-Петербурга Владимир Кауров написал отклик на впечатления Леонида Мача «Скальный фестиваль в Гуамке. Взгляд ретрограда», по объему не уступающий статье Мача. Аргументируя свою позицию, Владимир Олегович раскрыл довольно интересную тему сравнений прошлых и нынешних реалий в отечественном скалолазании, рассказал о стилях и тенденциях с позиции профессионального тренера..

Диалог читателя с автором

Получив очередной, 54-й, номер журнала «ЭКС», давним подписчиком которого я являюсь, и, найдя вечером (а, точнее, ночером, т.к. домой удается попасть не ранее начала двенадцатого) минутку-другую свободного времени, решил насладиться чтением любимого журнала.

Понятно, в первую очередь высматриваю материалы, посвященные скалолазанию, т.к. посвятил этому виду спорта большую часть своей жизни. Вот - в этом номере есть довольно большая, на 4 страницы, статья о скальном фестивале в Гуамке (автор - Леонид Мач).

С каждой страницей мое недоумение растет, и к концу статьи близко к шоковому. Сразу скажу, что я отнюдь не любитель комментировать чужие статьи, даже если мнение автора кардинально расходится с моим, но в данном случае не смог удержаться от комментария, так как меня поразила безапелляционность и агрессивность оценок автора, замешанная, к тому же, еще и на некомпетентности в обсуждаемых вопросах.

К тому же «ЭКС» читают не только скалолазы (которые, конечно, разберутся и сами), но и люди, занимающиеся разными видами аутдор-активности, которые могут быть не настолько сведущи в скалолазании, чтобы отделить зерна от плевел.

Я начал заниматься скалолазанием примерно в одно время с автором статьи; правда, как спортсмен, достиг несколько больших результатов - стал мастером спорта, призером всесоюзных соревнований, был чемпионом Ленинграда в «классическом» старом скалолазании на скорость, а в дальнейшем - чемпионом уже Санкт-Петербурга в «новом» скалолазании на скорость и призером в лазании на трудность в переходный период, когда эта трудность проводилась еще на скалах с верхней страховкой. К фестивальному скалолазанию тоже имел непосредственное отношение – был победителем фестиваля «Скалолазание для всех», как в общем зачете, так и по скоростным трассам, а также побеждал в рекорде «Парнаса» на том же фестивале. Это я к тому, что в отличие от автора на 20 лет никуда из скалолазания не исчезал, оно стало моей профессией, и занимался я им и в трудные перестроечные времена. (Каких усилий это иногда стоило – отдельная песня).

Поэтому я считаю себя в праве комментировать данную статью и поправить утверждения, которые просто не соответствуют действительности.

Чтобы читателям было понятно, о чем речь, придется часто цитировать статью. С цитаты и начну:

«… для российского скалолазания новый скальный район и фестиваль скалолазания в Гуамке неизмеримо важнее, чем любой (любой!) чемпионат России, Европы, мира на искусственном рельефе. Важней, чем любые победы российских спортсменов, одержанные на самой дорогой и престижной заграничной фанере. Важней, потому что здесь начало, а там тупик.»

К сожалению, автор не приводит аргументов, почему одно важнее другого, и почему скалолазание, как спорт – это тупик. Это разные направления развития скалолазания - вида, очень многогранного. Оба направления важны - и то, и другое необходимо развивать, и совершенно незачем противопоставлять их друг другу.

«В течение последних двадцати лет российское скалолазание не прогрессировало. Кумирами молодежи стали иностранцы…»

А как быть с теми фактами, что сейчас действующими чемпионами мира являются россияне Д. Шарафутдинов и Т.Руйга (причем они являются двукратными чемпионами мира). Чемпионами мира также становились С. Рахметов, Е. Вайцеховский, В. Нецветаев. Действующие чемпионы Европы А. Саулевич и Е. Вайцеховский. Чемпионками Европы были О. Бибик и В. Черешнева. Победителями Всемирных Игр - А. Пешехонов и А. Саулевич. Победителями и призерами самых престижных международных соревнований становились С. Синицын, Ю. Абрамчук, М. Пиратинская, А. Костерин, П. Самойлин, Е. Шумилова, Ю. Иноземцева, А. Шаульсктий, А. Гадеев, Я. Субботин, Е. Овчинников и др. Хорошо выступает на первенствах Мира и Европы наша молодежная сборная. Я отнюдь далек от мысли, что в нашем российском скалолазании дела обстоят прекрасно - проблем очень и очень много, и не только у нас, но так охаять парой фраз все, что сделано за последние 20 лет, наверное, не стоит - тем более тому, кто на эти не самые простые 20 лет из скалолазания ушел и появился только сейчас.

«… я много наблюдал, фотографировал процесс лазания спортсменов уровня сборной России»

Из сборной России на трудность в гуамском фестивале принимал участие только С. Терентьев, и А. Галямова с А. Балакиревой - из сборной по боулдерингу.

« Сегодня скалолаз карабкается на трех-четырех костях. Даже там, где позволяет рельеф, все происходит медленно, одновременное перемещение рука-нога не практикуется. Очень много фотографий в положении с приставленной ногой – поза «чайника». Не было у меня видеокамеры, но если отснять материал про хождение по потолкам, любому станет очевидно, что висение на крючьях – основная составляющая нового стиля лазания.»

Вот это прокомментировать чрезвычайно трудно, ввиду полной абсурдности написанного; в голову лезет только определение «Бред «чайника».

Одновременное перемещение «рука-нога» на современных трассах на трудность приводит, как правило, к срыву. А вот в лазании на скорость прекрасно практикуется (а иногда и одновременное перемещение всех 4-х конечностей). Вот только на скорость на фестивале почему-то не соревновались. Если же вспомнить времена, когда спортивное скалолазание в СССР уже было, а нас с автором в нем еще и в помине не было (по той простой причине, что не родились еще), то там к технике относились очень строго. Скалолазов тогда учили иметь 3 точки опоры (так как пошло все из альпинизма, а там срыв – это ЧП), судили даже каждое проскальзывание. Но, к счастью, все в мире развивается, и скалолазание, в том числе. Что касается «нового стиля лазания» по потолкам, то тут можно посоветовать автору посетить те скальные районы, где потолки имеются, и посмотреть, как они проходятся сильнейшими скалолазами. В Гуамке, по-моему, с потолками как-то не очень.

«… за 20 лет… маршруты стали сложнее на одну-полторы категории;.. но за эти же 20 лет спортсмены разучились красиво и быстро двигаться по скале.»

Сложность маршрутов за 20 лет возросла многократно - могу это утверждать. Ни одна из соревновательных трасс давних лет (включая финалы, закончить которые удавалось очень немногим) не представит труда для прохождения сегодня даже спортсмену-скалолазу весьма среднего уровня. На современной же трассе на трудность мало кто из скалолазов прошлого смог бы хоть оторваться от земли. Но сравнивать эти вещи между собой просто глупо, как глупо сравнивать, например, результаты в лыжных гонках, показанные на деревянных лыжах, с результатами современными, в коньковом ходе.

Конечно, чемпионы прошлых лет не стали менее уважаемы от того, что сегодня их результаты превзошли многократно. Также бессмысленно утверждать, что в наше время все было на высоте, а сейчас все ужасно. По крайней мере, в скалолазании это совсем не так. Даже за последние 6-8 лет в лазании на трудность, которое проводится по устоявшимся правилам, сложность трасс выросла очень сильно, а вместе с ней выросла и конкуренция на международных соревнованиях.

В 1994 году первая моя воспитанница добилась права выступать на первенстве мира, и я отправился туда вместе с ней. В дальнейшем учеников такого уровня у меня было достаточно много, с 1998 по 2006 г.г. я возглавлял молодежную сборную России и присутствовал на всех мировых первенствах с 1994 по 2006 г.г. Так вот: уровень трасс и конкуренции первенства того 1994 г. нельзя даже сравнивать с современными.

Мой сын Иван принимал участие в молодежных первенствах мира и Европы с 2001 по 2006 г.г. (неоднократно становясь победителем и призером этих соревнований), а сейчас принимает участие в подготовке трасс первенств Европы, являясь на данный момент единственным в России действующим постановщиком трасс международной категории. И вот, по его оценкам в 2001 г. даже в финале первенства мира у младших юношей трасса имела категорию 7с-7с+, и ее при этом не проходили до конца. Сейчас в этой же группе трассы квалификации имеют категорию 7с+-8а и их вылезают далеко не по одному спортсмену, а трассы финала делают на уровне 8а+-8в.

Что касается красоты движения, то это вещь весьма субъективная: кто-то находит красоту лишь в фигурном катании и художественной гимнастике, а кто-то и в тяжелой атлетике или в боксе. В любом случае подобное безапелляционное утверждение о «красоте», на мой взгляд, просто не этично.

«В 70-80-е годы средняя скорость хорошего спортсмена на соревновательной трассе VI-VII категории высотой 100 и более метров, составляла 0,3-0,5 м в сек. Когда мы увидим прохождение стометровой трассы VII-VIII категории с такой же скоростью, можно будет говорить о повышении уровня.»

Категория тех трасс была примерно между 5с-6в. Если она где и достигала 6с-7а, то это была уже борьба не за скорость, а за жизнь, и проходили такие трассы лишь единицы. Тут можно вспомнить трассу чемпионата СССР 1984 г. с участием зарубежных спортсменов на скале «Крыло лебедя», когда сложность трассы резко увеличили. Тогда трассу преодолело лишь 2 советских спортсмена и 3 иностранца. А по современным понятиям эта трасса не представляет проблемы для прохождения. На Змеиных скалах (р-н скал оз. Ястребиное в Ленинградской области) маршрут по центру «черной стенки» раньше считался супер-маршрутом, проходился единицами, и по этой причине практически не включался на соревнования (за исключением связок с использованием ИТО). Сейчас этот маршрут оценивается в 6с+.

80-метровую трассу финала чемпионата СССР в Красноярске, которую в прошлом могли преодолеть лишь несколько человек, молодой красноярский скалолаз Е. Матвеенко пролез сейчас в стиле «соло», то есть вообще без веревки! (Не смотря на восхищение, никому не рекомендую это повторять).

В те времена одним из сложнейших маршрутов на скале «Красный камень» в Крыму считался маршрут «Мир». Этот маршрут имеет категорию 6с, и сейчас на нем большинство спортсменов лишь разминаются. На скале в Хиитоле (Карелия) был сделан финальный маршрут (уж не помню каких соревнований на трудность, но не ниже чемпионата Санкт-Петербурга точно, а возможно, и всероссийских соревнований). Сделан он был путем приклеивания большого числа камешков к скале, так как без этого считался непроходимым. На соревнованиях его никто до конца не вылез. Через несколько лет А. Целищев (спасибо ему огромное за работу по оборудованию скал) поотбивал молотком все эти камушки, и получился маршрут «Большой каскад», оцениваемый всего лишь в 8а, (т.е по современным понятиям ничего сверхособенного).

Что касается скорости прохождения, то в соревнованиях на трудность она пока большого значения не имеет, хотя сейчас международная федерация спортивного скалолазания (IFSC) для повышения зрелищности соревнований сокращает время прохождения трасс на трудность, что приводит к повышению скорости лазания спортсменов на трассах. В скоростных же соревнованиях у ведущих спортсменов скорость подъема достигает 2 м\ сек., причем по нависанию, что раньше и на пологом рельефе даже не снилось. Так что с повышением уровня дела обстоят нормально.

«Скальный марафон, соревнования на трудность на скалах – это шаг вперед после того, как советское скалолазание было уничтожено»

Советское скалолазание никто не уничтожал – просто, развиваясь, оно стало другим. Это свершившийся факт, что соревновательное скалолазание перешло на искусственный рельеф - также, как конькобежный спорт перешел на искусственный лед под крышу, а лыжные гонки и биатлон - на подготовленные специальной машиной трассы. Обратного пути уже не будет, но вместе с этим скалолазание по естественным скалам никто не уничтожал и не запрещал. Наоборот любой грамотный тренер понимает, что для достижения результата в соревнованиях на искусственном рельефе необходимо много тренироваться на естественных скалах, потому что именно там ставится техника.

«Сколько я не пытался застать чистое прохождение маршрута 7с-8а категории, не удалось. Прохождение такого маршрута спортсменом, даже уровня МСМК, представляет, как правило, передвижение с крюка на крюк, с оттяжки на оттяжку, с использованием оттяжек в качестве опоры. Максимум, что мне довелось видеть – чистое прохождение одной или двух точек промежуточной страховки. Я много фотографировал, пытался поймать редкие кадры – процесс чистого лазания по потолку. Спортсмен либо держится за оттяжку, либо висит в беседке. Изредка удавалось поймать момент, когда скалолаз уже не висит, но еще не сорвался»

Тут, как говорится, «ноу коммент». Если это действительно так, то хочется только поинтересоваться, где же был автор, и кто же там так лазал. (То, что это был С.Терентьев, как-то сомнительно).

Работая этим летом на скалах Испании, я только за 2 дня лично наблюдал 3 прохождения маршрутов категории 8с длиной под 40 м на очень сильных нависаниях.

Да, еще для справки – ни один спортсмен, имеющий квалификацию МСМК, в фестивале не участвовал.

«Эстетику лазания на трудность портит техника протаскивания веревки с фиксацией веревки во рту. При этом скалолаз зубами через веревку поддерживает свое равновесие»

Уважаемые скалолазы, кто из вас пробовал поддержать равновесие подобным способом? Похоже, это новое слово в технике преодоления скального рельефа, открытое автором статьи.

«Сухая балка – массив будущего, здесь еще долго останется много нерешенных задач – пробитых, но не пройденных маршрутов»

В начале статьи сказано, что «в секторе «Сухая балка» 24 маршрута от 6с до 8в+». Категория 8в+ для ведущих российских спортсменов отнюдь не является чем-то непреодолимым. Это достаточно рядовые маршруты для лидеров сборной на трудность, и они будут пройдены в течение нескольких дней – если, конечно, эти спортсмены туда приедут.

«Виктор Маркелов, многократный чемпион СССР по скалолазанию: «в 70-80-е годы на чемпионатах Союза были точно такие трассы по сложности, как финал фестиваля в Гуамке, только высотой в 100 метров… В нашем скалолазании отдыхать было невозможно… В наше время трассы были ничем не хуже, я думаю, той же самой 6-8 категории трудности. Мы умели бегать на сто метров по высоте, а нынешнее скалолазание даже не позволяет решат такую задачу… Мне очень понравилось, как лез второразрядник из Туапсе… когда такие люди появляются, это означает, что у нас есть перспективы на будущее»

Прежде всего, хочу сказать, что глубоко уважаю В.В. Маркелова, как выдающегося спортсмена, многократного чемпиона страны, профессионально относившегося к своим тренировкам, что к сожалению и сейчас в скалолазании встречается не так часто. Про категории трасс тех лет я уже писал выше, о «восьмерках» там и речи быть не могло. В том скалолазании от спортсмена требовалось бежать по пологой скале вверх на 50-100 метров, и спортсмены это делали, к этому готовились. Правила соревнований, развиваясь, изменились, и сейчас от спортсмена требуется в соревнованиях на скорость бежать вверх по нависанию на 15 м, но с гораздо большей скоростью. А в соревнованиях на трудность нужно надежно преодолевать длинный, часто очень сильно нависающий маршрут высоких категорий трудности, лазать по которым раньше и представить не могли. В соревнованиях по боулдерингу от спортсмена требуется преодолеть короткие супертрассы («хитрушки»). Что требуют от спортсменов правила соревнований, то они и делают, тренируя именно необходимые навыки, а времена, как известно не выбирают.

И не очень понятно, как появление талантливого второразрядника из Туапсе связано с общероссийскими перспективами на будущее? Количество талантливых спортсменов в среднем везде примерно одинаково, но в одних местах спортсмены высокого класса появляются часто, в других не появляются совсем. Здесь все зависит от тренерской школы. К сожалению, о школе скалолазания в Туапсе пока ничего не известно, поэтому можно предположить, что с большой долей вероятности этот талантливый парень так и останется второразрядником (чего конечно очень бы не хотелось). А перспективы у нашего скалолазания все-таки есть, и перспективы хорошие. Но связаны они не с второразрядниками, а с такими спортсменами, как 15-летняя мастер спорта Динара Фахритдинова или 14-летняя КМС Мария Болгова, и другими членами молодежной сборной России.

Вообще меня удивляет постоянное стремление доказать, что в те времена скалолазы были сильнее, чем теперь. Современные достижения скалолазов ничуть не умаляют заслуг чемпионов прошлых лет, но не стоит принижать достижения современных чемпионов. Выглядит это, по меньшей мере, странно… Достижения пловца М. Фелпса на пекинской Олимпиаде не сделали менее значимыми победы его коллеги М.Спица на Олимпиаде в Мюнхене; но если бы они, находясь в своей лучшей форме, приняли бы старт в одном бассейне, то разница на финише была бы гигантской.

Так и достижения Д. Шарафутдинова никак не уменьшают достижений В. Маркелова -каждый велик в свое время. Ну, не было во времена Маркелова чемпионатов мира и Европы, не вышло тогда еще скалолазание на международную арену. Так давайте порадуемся вместе за то, что сейчас они есть, и чемпионами мира и Европы являются россияне!

Попытки же доказывать, что «я был лучше, чем вы сейчас», приводят лишь к курьезам, как на последнем «Рекорде Парнаса» фестиваля «Скалолазание для всех-2008». Организатор сделал трассу, по его мнению, практически не проходимую. Это не важно, что раньше в таких ограничениях и близко никто не лазал объявленный маршрут «серпы» находился метрах в 8-ми от поставленной трассы. А для большей уверенности, чтобы точно никто не залез, еще и жестким контрольным временем спортсменов прижали. Тогда бы после старта можно было уверенно объявить, что «современные скалолазы не умеют лазать, не то, что мы». Результат – сотни зрителей, которые пришли на Парнас посмотреть на шоу, вместо рекордных забегов получили неизвестно что - очень убогое зрелище. А трасса, тем не менее, и в таком «непроходимом» варианте оказалась пройденной, причем, в основном молодыми скалолазами и даже одной девушкой – А.Малышевой, призером молодежных первенств мира и Европы. К тому же А. Малышева и И.Кауров, чуть уступивший Р. Галиакбарову, по этой части Парнаса вообще лазали впервые в своей жизни.

Могу смело утверждать, как бывший рекордсмен трассы Парнаса и тренер сборной, что, потренировавшись тут денек-другой, такие спортсмены как Е. Вайцеховский или С. Синицын камня на камне не оставят от прошлых рекордов. Но у них вряд ли найдется время для подобных экспериментов - они побеждают на официальных чемпионатах мира и Европы.

«Скалолазание, как неолимпийский вид спорта, лишено государственной поддержки; все мероприятия Федерация скалолазания России осуществляет на средства спонсоров»

А вот это, простите, просто не соответствует действительности. Росспорт выделяет бюджетные средства, пусть и не в полном объеме, на чемпионаты и первенства мира и Европы, на учебно-тренировочные сборы перед ними, на проведение чемпионата, первенства и Кубка России. Также сборная команда по скалолазанию получает экипировку. Про спонсоров же хотелось бы узнать поподробнее, потому что как сильнейшие спортсмены страны, так и организаторы всероссийских соревнований эту поддержку не очень ощущают.

«Наша задача – взять лидирующее положение по отношению к Западу в нашем родном бывшем советском скалолазании.»

Это мы давно и так взяли, так как ни Запад, ни Восток этим скалолазанием никогда и не занимались.

«Если мы эту задачу поставим, будем организовывать чемпионаты Мира и Европы, к нам вернется былая слава»

Не очень понятно, о какой былой славе идет речь, и почему она оказалась потерянной? Организовать соревнования на скалах и назвать их чемпионатом мира, конечно, можно, но, боюсь, напоминать они будут чемпионаты мира по многоборью ГТО, ныне гордо именуемому полиатлоном со странами-участницами Россией, Белоруссией, Казахстаном. Для справки – в последних официальных чемпионатах мира по скалолазанию (на искусственном рельефе) участвовало более 50-ти стран.

Последняя же строчка публикуемого материала меня просто вогнала в ступор. Читаю и не верю своим глазам, оказывается: автор этих перлов является членом научно-методической комиссии ФСР (в редакции «ЭКС» я узнал, что этот материал рекомендовал председатель информационной комиссии ФСР). Тут можно по-простому сказать только одно слово от лица спортсменов и тренеров – приплыли.

Я по образованию – геолог; отработал по этой специальности после университета 5 лет и ушел из геологии в профессиональное скалолазание. Прошло с тех пор как раз 20 лет, и я живо представил себе картину: возвращаюсь в геологию и сразу вхожу в министерство, в какую-нибудь научную или методическую комиссию, например по добыче железо-марганцевых конкреций со дна мирового океана. Бред? По-моему, тоже!

Хочется еще высказать свое мнение о данном фестивале. Самому там побывать не удалось, но достаточно впечатлений получил по опубликованным материалам, свидетельствам участников и т.п.

Любые мероприятия по скалолазанию и, в том числе, фестиваль в Гуамке - это очень хорошо. Прежде всего, при слове фестиваль возникает ощущение чего-то массового, например фестиваль «Скалолазание для всех» проводящийся на озере Ястребиное 9 мая уже 20 лет с участием более тысячи скалолазов в присутствии более тысячи зрителей. В Гуамке же со всеми родственниками набралось 64 человека, квалификация большинства из которых очень низкая. Для сравнения: на любых официальных детских всероссийских соревнованиях число участников достигает 200 - 400 человек. Это при том, что на фестивале в Гуамке организаторами был заявлен призовой фонд, намного превышающий призовой фонд даже чемпионата России. Скалы, по отзывам очевидцев, оставляют желать лучшего. Скорее всего, это действительно так, потому что хорошие скалы всегда искали и что-то действительно стоящее было бы наверное давно найдено, хотя я могу и ошибаться. Удивляет проведение финала на трудность с верхней страховкой. Вообще возможность лазания с верхней говорит о том, что скала не крутая. На нависающих маршрутах лазание с верхней страховкой возможно только с выщелкиванием оттяжек, после того, как трасса пройдена с нижней - иначе просто при срыве упадешь на землю. Бросается в глаза непропорциональность значимости данного события и освещение его на официальном сайте ФСР. Фестивалю в Гуамке было посвящено едва ли не больше материалов, чем официальным соревнованиям вместе взятым.

Так что, мотивы проведения фестиваля именно в Гуамке не очень понятны. И что еще хотелось бы знать общественности (памятуя про обещанный на отчетно-выборной конференции прозрачный бюджет), так это сколько средств потратила ФСР на организацию данного мероприятия?

Владимир Кауров,

президент Федерации скалолазания Санкт-Петербурга, мастер спорта по скалолазанию и альпинизму

14/10/08