Статьи. Журнал "ЭКС"

ФЕВРАЛЬ 1959 ГОДА.
ДЯТЛОВЦЫ.
Часть 2.

Но вернемся к поискам. В лагерь на р. Ауспия уже сходились и разбивали свои палатки несколько поисковых групп: Блинова, Карелина, Аксельрода. Слабая надежда обнаружить дятловцев живыми рухнула. Нужно было искать остальных. Утром 27 февраля прилетевший из Ивделя вертолет высадил проводников с розыскными собаками. С их помощью в 850 метрах от палатки на склоне под десятисантиметровым слоем наметенного снега была обнаружена Зина Колмогорова. Она лежала на правом боку, одетая, но без обуви. Положение туловища, рук и ног выражали движение к палатке.

Зина Колмогорова после окончания средней школы, а затем ремесленного училища в 1954 году поступила на радиофак УПИ. Учеба в институте давалась трудно. Но своим упорством она затмевала даже учившихся в институте китайцев, с которыми приходилось сталкиваться в библиотеке института. Только после ухода из общего читального зала отзанимавшихся допоздна азиатских товарищей Зина вставала из-за стола и последней покидала библиотеку. Зина была удивительным, щедрой души человеком, любимицей турсекции УПИ. С Игорем Дятловым она училась на одном курсе, на одном радиотехническом факультете. И, естественно, не без участия Игоря попала в турсекцию. Практически все зимние и летние каникулы проводила в лыжных и пеших походах. Зина добровольно взвалила на себя груз организационно-массовой работы в турсекции УПИ. Вела учет и агитацию по приему в турсекцию новичков, подготовку значкистов. Здесь ей не было равных. Находясь в гуще ребят, будь то в институте, на соревнованиях по туризму или на маршруте, Зина тормошила и приводила в движение всех, становясь застрельщицей любого дела и душой коллектива. На третьем курсе Зина отправилась в сложный поход по Горному Алтаю. В районе Телецкого озера ее укусила ядовитая змея. Спасла её семья лесничего, прикладывая к ранкам от укусов змеи сыворотку от простокваши. Зина мужественно перенесла это болезненное критическое состояние, но очень переживала за задержку группы на маршруте.

Из воспоминаний Е. Зиновьева:
В период зимних каникул 1958 года сумела сходить в лыжный поход по Северному Уралу. Зина была гордостью всей турсекции УПИ. Она была желанной в любой туристской группе, отправляющейся в любой маршрут. 5 декабря 1958 года Зина вместе с Игорем Дятловым организовали массовый агитпоход турсекции в Смолинские пещеры, где участвовало рекордное количество туристов - приблизительно около 75 человек.
По традиции в школе деревни Смолино дан был удачный агитконцерт для местных жителей. И, как всегда, было весело. Освоение Смолинских пещер заканчивалось веселыми играми, шутками у большого костра. На следующее утро мы неольшой группой, в которую входили Игорь Дятлов, Зина Колмогорова, Слава Хализов, Люда Блинкова, Тамара Заикина и автор этих строк, совершили 25-километровый лыжный маршбросок из деревни Смолино до села Клевакино, где проживали мама и родня Зины Колмогоровой. Пришли усталые уже в темноте. Хорошо и душевно попели, переночевали, а на следующий день были в Свердловске. Начиналась подготовка к зимней сессии и одновременно к проведению лыжных походов по Уралу, в том числе и этого, оказавшегося трагическим, выхода к горе Отортен.

Приблизительно в один день с Зиной в 300 метрах на склоне выше кедра манси нашли тело руководителя похода Игоря Дятлова. Игорь лежал на спине головой в сторону покинутой палатки, без головного убора, занесенный снегом, рукой как бы охватывая стволик березки. Игорь был одет достаточно тепло: кальсоны, лыжные брюки, ковбойка, свитер, меховая безрукавка, на одной ноге носок шерстяной, на другой - хлопчатобумажный. Видимо, в этой одежде и покидал спешно палатку с прерванной холодной ночевкой, а потом - пытался вернуться к палатке вслед за Зиной.

Игорь Дятлов к моменту выхода на маршрут находился в пике своей спортивной и физической формы. В тактическом отношении он наметил безупречно правильный маршрут: с сооружением лабаза в верховьях р. Ауспия, радиальным выходом на горы Отортен с облегченным грузом сначала траверсом пологой части северного склона горы "1079" и затем прямо по гребню Поясового Камня, используя легкопроходимый твердый фирн, и с возвращением тем же путем обратно. Этот вариант предусматривал, при необходимости, легкий спуск с гребня до полосы леса к долине Лозьвы, где можно было бы устроить теплую ночевку с печкой. Таким образом, спланированный радиальный выход мог быть выполнен за два-три дня. Дальнейшим маршрутом предусматривалось пройти от лабаза в верховья р. Ауспии, подняться на гребень главного хребта Поясового Камня и по западным его склонам двигаться в направлении на юг до горы Ойка-Чакур. Это была самая южная точка маршрута, от которой предстоял выход на восток в поселок Вижай, где начинался и должен был закончиться маршрут.

Руководитель похода Игорь Дятлов, несомненно был незаурядной личностью. Он рос в многодетной семье, проживающей в городе Перво-Уральске. Очевидно, от отца, механика по профессии, работавшего на заводе "Хромпик", Игорю передалась склонность к технике, а от матери, трудившейся в клубе имени Ленина, общительность, доброта и расположенность к людям. По воспоминаниям младшей сестры Людмилы, родительский дом был напичкан техникой. Игорь сам смастерил телескоп и следил за полетами первых искусственных спутников. Увлекался радиолюбительством, собирая самодельные приемники и даже радиостанцию. Эта страсть, видимо, и привела его на радиотехнический факультет УПИ, где он наряду с обучением занимался научной работой и подавал большие надежды, так как получил предложение остаться на кафедре еще до защиты диплома. Еще в школе Игорь увлекся фотографией, и его снимки отличались художественным вкусом. Но самой большой страстью Игоря стало увлечение самодеятельным спортивным туризмом.

Здесь, в родительском доме, зачастую перед походами собирались его друзья. Изготовлялась походная печка, сшивалась сдвоенная длинная палатка. Игорь буквально с первого курса попал на "туристскую тропу". Этому немало способствовал его старший брат Слава, который учился в УПИ на два курса старше и ходил в походы в одной компании с известными туристами Анатолием Григорьевым, Володей и Валей Полуяновыми. Уже в 1956 году Игорю Дятлову крупно повезло. Он попал на Восточный Саян в составе сборной туристской команды Свердловской области под руководством В. Королева и получил в этом путешествии огромный опыт. Чего стоило восхождение на самую высокую вершину Восточных Саян - пик Грандиозный. А сплав с шестом на саликах по порожистому Кизиру останется уникальным явлением в истории Свердловского туризма. На сплаве Игорь впервые пытался применить свою самодельную рацию.

Игорь Дятлов, безусловно, являлся самым активным действующим спортсменом и одним из лучших организаторов самодеятельного и массового туризма в институте. Конечно, в его команду нелегко было попасть. Он предъявлял высокие требования не только к физическим кондициям ребят: выносливости, физической силе, но и к моральным качествам человека: совместимости, общительности, терпеливости, способности восхищаться и радоваться природе, вносить в коллектив свежую струю, умению петь, веселиться, играть, расслабляться. Посмотрите на его замечательные фотографии. В них не только великолепно композиционно построенные пейзажи, но предстают динамика маршрута, мастерски отснятые сценки отдыха в виде акробатических пирамидок, групповых и индивидуальных портретов. Игорь не просто отбирал, он готовил ребят к трудным походам. Например, перед Саянскими выездными лагерями в марте - апреле перед весенней распутицей выезжали с ним на склоны горы Волчихи, учились ходить в связках по скалам и заснеженным склонам, познавали секреты ориентирования на местности, устраивали холодные ночевки. Игорь не мог взять каждого в свою команду, отправляющуюся в категорийный поход, но формировал из студентов группы, уже подготовленные к самостоятельному прохождению маршрутов. Причем делал это с искренней заботой и доброжелательностью.

28 февраля радиограмму об обнаружении четырех трагически погибших "дятловцев" приняли по телефону круглосуточно дежурившие в спортклубе УПИ студентки-туристки. А по институту и по городу уже поползли новые слухи о возможном убийстве студентов бежавшими заключенными Ивдельлага, или охотниками манси.

В это же время, 28 февраля, прилетевшие военным вертолетом из Ивделя следователи начинали внешний осмотр палатки и найденных трупов. В качестве свидетелей и понятых привлекаются некоторые военные, манси, руководители и участники поисковых групп. Разрезанная изнутри палатка свидетельствовала о том, что ребята покидали ее в панике. На бедную голову еще не похороненного руководителя группы Игоря Дятлова "посмертно" посыпался град камней. Чаще всего они исходили от некомпетентных в туризме людей, всякого рода чиновников и представителей властей. Но прослеживается и непонятная линия, направленная на искажение действительной картины, умолчание фактов, событий и результатов экспертизы в целях искажения истиной причины гибели "дятловцев", сохранения секретности вокруг "огненных шаров" и "государственной тайны".

Запутыванию истинных причин трагедии немало способствовали и сами туристы, плодя нелепые версии и предположения, игнорируя очевидные факты, показания очевидцев, свидетельства происходящих явлений.

4 марта по пути подъема от костра к палатке приблизительно в 500 метрах от кедра проводники нашли под снегом Рустема Слободина. Положение его тела напоминало позу человека, движущегося вверх к недосягаемой палатке. Сравнительно тепло одетый - в майке, в нательной с начесом трикотажной рубашке, ковбойке и хлопчатобумажном свитере - Рустик производил впечатление человека, который провел в палатке холодную ночевку и готовился к выходу наружу, ибо один валенок был уже на ноге, а вторую ногу собирался обуть, но не успел. Об этой готовности свидетельствовали также застегнутая на все пуговицы ковбойка, застегнутый на английскую булавку накладной карман с паспортом, деньгами и авторучкой, а так же находящиеся в других карманах перочинный нож, коробка спичек, расческа в футляре и карандаш. Видимо, что-то помешало Рустику надеть второй валенок и заставило экстренно покинуть палатку. Возможно, он был дежурным и уже приготовил для выхода китайский фонарик, который и был обнаружен потом за палаткой. Интересно говорит о Рустике его старший брат: "Наши родители длительное время проживали в Средней Азии. По имени одного из национальных народных героев и был назван родителями родившийся в нашей семье Рустем. Летом, за полгода до трагедии, Рустик вместе с нашим отцом приехали ко мне в геологоразведочную партию в Киргизии. После этого они вдвоем совершили горно-пешеходный переход через горы западного Тянь-Шаня из Фрунзе в Андижан".

Из воспоминаний институтского однокашника Рустема Ю.В. Зубкова
Рустем вел активный, спортивный образ жизни, был заводилой всех спортивных и туристских мероприятий. Если случалось выезжать на уборку картофеля и шел дождь, ребята сидели, играли в карты, а Рустем же надевал кеды и устраивал кросспоходы.

Стоит лишь подивиться заряду воли, ответственности и запасу физической энергии Рустика Слободина, который, несмотря на полученную скрытую травму черепа, продолжал бороться за существование группы, устремясь за продуктами, одеждой и обувью к покинутой палатке.

Р. Слободина погрузили в военный вертолет и отправили на обследование в г. Ивдель на судебно-медицинскую экспертизу...

А тем временем в Свердловске...

Установленный в спортклубе телефон накаляется. Непрерывно звонят родители, родственники, незнакомые люди, всех интересуют новости и подробности. Девчата старшекурсницы круглосуточно не отходят от аппарата, стараясь не пропустить от А.М. Вишневского из Ивделя важных сообщений. В рабочем журнале фиксируются так же каждый звонок и содержание разговора с любым абонентом. Народ кипит, посылает гневные письма и запросы в Москву, в ЦК КПСС. 28 февраля даже создана поисковая Чрезвычайная Комиссия Свердловского обкома КПСС во главе с заместителем председателя облисполкома Павловым. Принято решение продолжать поисковые работы до конца.

А что же делать с уже найденными телами ребят? Происходит что-то непонятное.

На родителей "дятловцев", не переживших еще трагедии утери детей, навалилась драма организации похорон. Мама Юры Кривонищенко рассказывала, что родителей каждого по отдельности вызывали в партийные органы разных инстанций и рекомендовали согласиться хоронить сына или дочь в Ивделе и заставляли еще дать подписку о неразглашении самого факта их смерти. Аналогичная "работа" проводилась с родственниками погибших.

Из воспоминаний Р.С. Колеватовой, старшей сестры Саши, найденного позже:
Власти имели план похоронить всех ребят в братской могиле в Ивделе и пообещали даже соорудить обелиск. Спрашивается, почему это же самое нельзя поставить в Свердловске? Дети здесь жили, учились, дружили. Колеватовы, Слободины, Дубинины, Колмогоровы категорически возразили против такого кощунственного предложения властей: - Нет, только в Свердловске!
Аналогичного мнения придерживались и родители Юры Кривонищенко.

Еще родители нашли в себе мужество пообещать властям: "Иначе мы будем обращаться во все международные организции!" Видимо, эта угроза и решимость подействовали. После очередного "похода" к секретарю Обкома КПСС товарищу Куроедову вопрос с похоронами решился благоприятным образом.

Обо всем этом ни поисковики на Северном Урале, ни студенты УПИ еще ничего не ведали. 6 марта в спортклуб УПИ пришла информация о готовящихся похоронах ребят в Ивделе.

В институте начали обсуждать, в каком количестве и составе отправлять делегацию от турсекции на похороны. Утешило то, что родители не соглашаются, настаивая на похоронах ребят в Свердловске. Ощущение полной засекреченности.

Вдруг 7 марта - новая информация: Пятерых ребят привезли в Свердловск и будут хоронить 9 марта на Михайловском кладбище. Студенты готовят объявления о месте и дате похорон. И вновь не обходится без проблем.

Второкурсник В. Якименко вспоминает:
Я повесил объявление о похоронах в фойе главного корпуса УПИ. Практически через полчаса был вызван в партком УПИ, где секретарь парткома Касухин устроил мне разнос за самоуправство и потребовал снять объявление. Я отказался. Но объявление уже кто-то снял. Реакция секретаря парткома непонятна, он явно чего-то боится. 9 марта - уточненная информация: сегодня хоронят только четверых, а Ю. Кривонищенко почему-то на другом, Ивановском, кладбище, хотя родители Юры не возражали против Михайловского. Мы снова повесили другое объявление о похоронах. Его немедленно кто-то снял. Мы возмущены! Решили: каждый на своем факультете и курсе обойдет учебные аудитории и сообщит о часе и месте похорон.

И вот они, похороны. Хочется, чтобы именно глазами очевидцев читатели взглянули на те события, почувствовали боль утраты и настроения студенчества.

Вспоминает В. Богомолов
В фойе десятого студенческого общежития на улице Ленина на табуретках выставлены в кумачовом убранстве гробы с телами Игоря Дятлова, Зины Колмогоровой, Юры Дорошенко и Рустика Слободина.
Крышки гробов открыты, и все прощающиеся, обходя по кругу, имеют возможность воочию разглядеть потухшие, с коричневатым оттенком и ссадинами лица наших умолкнувших друзей. Над ними безутешные склонились со слезами на глазах родители, родные и близкие покойных. Вот родные Зины Колмогоровой увидели нас, еще недавно побывавших у них в деревне после декабрьского агитпохода и певших вместе с Игорем и Зиной задорные и лирические песни, и, конечно, новый всплеск рыданий. Трудно выдержать, слезы застилают глаза.
Похоронная процессия выстраивается на улице Ленина и колонной направляется к Политехническому институту, чтобы уходящие от нас ребята могли проститься с учебными корпусами родной "альма матер". Но и здесь студентам не дают достойно попрощаться с ребятами. Стоящий на перекрестке офицер милиции направляет колонну с улицы Ленина на улицу Кузбасскую (ныне улица Гагарина). Колонна движется по предназначенному ей коридору до разобранного кладбищенского забора на повороте улицы Кузбасской. Там уже выкопаны могилы. "Дятловцы" на бережных руках друзей отправляются в свой последний путь.

Поиски остальных участников похода группы Игоря Дятлова не давали результата. Доставленные военными миноискатели не входили в уплотненный снег и вскоре были заменены на трехметровые металлические зонды, применявшиеся обычно альпинистами для поиска людей, погребенных снежными лавинами.

К началу марта район поиска оставшихся "дятловцев" значительно сузился, локализовавшись на участке от палатки до впадения ручьев в Лозьву. Использовали как метод зондирования, так и свободного поиска. Но для этого достаточно было 15 - 20 человек. Штаб во главе с полковником Ортюковым Г.С. принял решение возвратить в Свердловск сначала наиболее психически травмированных поисковиков из групп Слобцова Б.Е., Аксельрода М.А., Карелина В.Г., Моисеева, которым довелось обнаружить и грузить тела "дятловцев" на вертолеты. Вслед за ними были отправлены в Ивдель группы Королева В.И., Гребенника О., Курикова С., а также заменены некоторые из оперативников и военных. Произошла смена руководителей поисков: вместо уехавшего из Ивделя полковника Г.С. Ортюкова поиски возглавила комиссия Обкома партии во главе с заместителем председателя Облисполкома Павловым, вместо Е.П. Масленникова поиски на месте возглавил А.А. Чернышев.

Из воспоминаний участников группы Б.Мартюшева
После похорон первых пяти "дятловцев" пришел и наш черед искать оставшихся товарищей. Наша группа в составе руководителя Б.Мартюшева и участников: Зиновьева Е.Г., Печепкина В.П., Шестопалова И., а также Шаравина М.П. и Коптелова Ю., выехавших на поиски второй раз подряд, вскоре была доставлена на перевал. Другой отряд составляли "военные" из охраны Ивделълага, имевшие своего командира. В просторной палатке находилась также рация, по которой два раза в день - утром и вечером - отправлял и принимал информацию радист Егор Неволин. Поиски велись согласованно и дружно. Хотя это была тяжелая работа, но мы изо дня в день аккуратно участок за участком протыкали зондами снежный покров, но результатов не было. Егор Неволин сетовал на то, что нет у нас в стране альпийских собак сенбернаров, отыскивающих людей под глубоким снегом. Очевидно, под влиянием подобных же пессимистических настроений от малой результативности, но весьма трудоемких работ по ручному зондированию снежного покрова, толщина которого от снегопадов все возрастала, родилось письмо директору ВНИИ криминалистики прокуратуры СССР профессору Голунскому. В письме, под писанном, прокурором Свердловской области, государственным советником юстиции 3-го класса Н. Клиновым, прозвучал буквально крик о помощи - прислать на поиски основанный на свойствах ультразвука опытный прибор - искатель захороненных трупов! Ибо применение миноискателей не дало результатов, так как трупы туристов полураздеты и не имеют металлических массивных предметов. В то же время колоссальные затраты средств на поиски все возрастают! В дни непогоды с ветром и снегопадом мы вынуждены были отсиживаться в палатке, но все же искали возможность поохотиться на куропаток, которые переметывали от одного заснеженного дерева к другому. В режиме свободного поиска сходили к вершине "880", а в другой день спустились вдоль ручья до его впадения в Лозьву. Нас удивило то, что разглядели притаившуюся на ветвях рысь. То есть жизнь в лесистой долине продолжалась.
25 марта нашу группу второй смены заменяет третья команда студентов УПИ. В ее составе три наших "приполярника" - Сергей Согрин, Виктор Малютин и Рудольф Седов, - около месяца назад вернувшихся из похода третьей категории. Сергей выехал на пански второй раз уже в качестве руководителя. Остальные участники: Василий Шулятьев, Виктор Мещеряков, Всеволод Ерошев, Валерий Дубовцев и Валя Якименко - студенты разных курсов УПИ. Все ребята добровольно прервали свою учебу ради поиска ненайденных товарищей.

В этот период поисков начинают происходить довольно странные события. Лучше всего говорят сами участники и очевидцы.

Воспоминания Вали Якименко
Лагерь... Обширная поляна в лесу. Армейская взводная палатка 6x6 м. Посреди палатки стол. Возле него железная печь. От нее идет и расплывается по всему объему приятное тепло. Вдоль стен валяются рюкзаки. Спальные мешки. Ближе к печи валенки. На веревке висят штормовки, ватники, белье и прочая промокшая одежда. И везде сидят люди. Все замерзшие, грязные, с красными обветренными лицами.
Слева - мы, студенты УПИ. Прямо со входа группа 6 человек в черных тулупах, черных ватниках. У многих пистолеты. Они из группы войск госбезопасности. Справа 9 человек в белых полушубках, зеленых ватниках. Волосы ершиком, молодые лица. Это ребята срочной службы железнодорожных войск. Они здесь вместо саперов. Командуют военными лейтенанты Потапов и Авенбург.
Вот один из типичных дней: "...Сегодня, как и вчера, и все предыдущие дни работали на склоне. Выстраивались в шеренгу, длинными двухметровыми прутьями протыкали снег до упора через каждые 40-50 см. Местами снег по колено, местами по пояс. Движемся медленно. И так - несколько часов. Потом возвращаемся в лагерь". А вот дневниковая запись дня нетипичного: "...Сегодня та же работа. Тяжелая, нудная. Вдруг щуп уходит не до конца, как всегда в этой работе, а лишь до середины. И рядом, и дальше не идет, а еще дальше проталкивается до конца.
Полное впечатление - нашли тело. Лихорадочно роем снег. Кладем инструмент. Роем руками. Снег обратно осыпается в яму. Остальные, сгрудшисъ вокруг, помогают расширить яму. Вот уперлись, разгребли. Ах, черт! Большое бревно. Вздыхаем и движемся дальше. Вечером радист Гоша Неволин морзянкой выстукивает: "Ничего нового нет, поиски продолжаем".
31 марта. Рано утром было еще темно. Дневальный Виктор Мещеряков вышел из паатки и увидел движущийся по небу светящийся шар. Разбудил всех. Минут 20 наблюдали движение шара (или диска), пока он не скрылся за склоном горы. Увидели его на юго-востоке от палатки. Двигался он в северном направлении.
Явление это взбудоражило всех. Мы были уверены, что гибель дятловцев как-то связана с ним. В Ивдель была послана подробная телеграмма.

(продолжение следует)

Публикуется с разрешения правообладателя - по тексту "УГТУ-УПИ: Люди. Годы. Увлечения", коллектив авторов, Екатеринбург, 2000, Профком УГТУ.

22.06.06